Запад в отношении Ирана с завидным упорством, которым на востоке отличается одно домашнее животное, идет на явное военное  столкновение

Николай Кольчугин:

Запад в отношении Ирана с завидным упорством, которым на востоке отличается одно домашнее животное, идет на явное военное столкновение

PanARMENIAN.Net - Ситуация с ядерной программой Ирана, санкции Запада в отношении поставок иранской нефти, блокирование банковских переводов – все это держит мир в постоянном напряжении уже несколько месяцев. Напряженность в отношениях с соседями, такими как Турция и Азербайджан все больше отдаляет возможность договориться с Исламской республикой. Свою точку зрения на «иранскую проблему» PanARMENIAN.Net изложил эксперт по проблемам Ближнего и Среднего Востока, кандидат исторических наук, доцент Николай Кольчугин.
Кто для кого больше значит - Иран для Армении или Армения для Ирана?
Сложный вопрос, на мой взгляд, не имеющий однозначного ответа. Ведь любые симпатии или, наоборот, антипатии проявляются в определенное время и в конкретной ситуации. Вечная дружба, как известно, в отношениях между государствами явление редкое и, как представляется, ни Иран, ни Армения в число таких счастливцев не входят. Но есть и общее. Обе страны, по сути, сейчас находятся в состоянии войны, пока, правда, в ее холодной фазе.

Запад в отношении Ирана с завидным упорством, которым на востоке отличается одно домашнее животное, идет на явное военное столкновение. В начале этого года США открыто заявляли, что дело тут лишь в сроках. Однако не думаю, что война может случиться уже сейчас, до выборов в Америке ее вероятность остается все же незначительной.

Однако следующему президенту США, кто бы им не стал, придется решать «иранский вопрос». Ведь Соединенные Штаты, увлекшись подавлением неугодного американцам исламского режима в Иране, потеряли эту страну, где за 33 года, прошедшие после революции 1979 года на антиамериканской идеологии воспитано новое поколение иранцев, в том числе и тех из них, кто сейчас занимает политические, государственные и военные позиции в иранском руководстве. Надежды Белого Дома на возвращение в Тегеран мирным путем практически равны нулю. Исламский режим в Иране не хочет «гнуться», его можно только «сломать».

Иран, по сути, живет в ожидании военной, «горячей» фазы противостояния с Западом. Стали привычными международная изоляция и обвинения в адрес ядерной программы страны, диверсии и убийства ученых-ядерщиков, экономическое эмбарго и мораторий на импорт иранской нефти, финансовые ограничения и отключение от мировой системы платежей СВИФТ. Список угроз, с которыми Тегеран не перестает бороться каждодневно, можно продолжить. В этих условиях Иран отдал свои симпатии Армении, и в своей региональной политике не ориентируется на поддержку мусульманского, более того идентичного иранцам в лице шиизма, Азербайджана в конфликте с христианской Арменией. Замминистра иностранных дел Армении Шаварш Кочарян недавно побывал с визитом в Иране, где встретился с министром иностранных дел Ирана Али Акбаром Салехи. Последний сказал, что отношения с соседней дружественной Арменией в Иране ценят высоко.

Действительно, ирано-армянскую границу, несмотря на ее незначительную протяженность в 35 км, в Тегеране не рассматривают в качестве возможного коридора для нанесения ударов по территории ИРИ. Выбор иранской дипломатией основного союзника на Южном Кавказе оказался верным, хотя на данный момент речь идет, скорее, о партнерстве Тегерана и Еревана, которое, тем не менее, значимей обычного позитивного нейтралитета.

Иран для Армении наряду с Грузией фактически – второе "окно в мир", на других направлениях страна блокирована недружественными Турцией и Азербайджаном. По трубопроводу Тебриз-Арарат в Армению с 2008 года поставляется иранский газ, что в условиях возможных и имевших место в марте этого года перебоев поставок российского газа через Грузию имеет стратегическое значение. Тегеран – важный инвестор в армянскую экономику, в том числе в энергетической сфере Армении.

Предположение о том, что в случае нанесения ударов Иран закроет границу с Арменией, я не разделяю. Так считать могут те эксперты, которые не бывали в Мегри и не видели иранской границы с Арменией. А прогнозы о вероятных массовых потоках иранских беженцев из Ирана в Армению, по крайней мере, вызывают удивление. Трудно представить, что населяющие соседние провинции ИРИ этнические азербайджанцы будут искать спасения в Армении, хотя никто, насколько показал опыт ирано-иракской войны, некуда бежать не вообще не будет. На мой взгляд, сейчас оба государства заинтересованы друг в друге, и в дальнейшем в Тегеране будут воздерживаться от принятия любых односторонних, не согласованных с Ереваном мер.

Почему никто не говорит об израильских ядерных боеголовках, их, кажется 400 единиц?
Тема интересная. Все, что связано с ней, окутано плотным туманом неизвестности. Израильские руководители ее никогда в своих публичных выступлениях и заявлениях не упоминают. Израиль никогда официально не подтверждал и не отрицал наличие у него ядерного оружия, хотя зарубежные аналитики считают, что у него такое оружие есть.

Оснований для таких утверждений предостаточно. Еще в 1960-е годы ЦРУ США пришло к выводу, что Израиль обладает всеми ресурсами для производства ядерной бомбы. Интересно, что в то время премьер Израиля Леви Эшколь в ответ на обращение президента США Л.Джонсона заявил, что Израиль никогда не станет первой страной на Ближнем Востоке, которая применит атомное оружие. Все его преемники на посту премьер-министра Израиля впоследствии повторяли эту мысль в той или иной форме. То есть, формулировка «не применит», по сути, означает признание, что ядерное оружие есть, но признание косвенное. Бывший руководитель ближневосточного отдела МИД СССР, посол по особым поручениям Олег Гриневский в одном из интервью признавал, что «наша разведка еще в середине 60-х располагала надежными сведениями относительно ядерного потенциала Израиля». Нет никаких свидетельств, что Израиль когда-либо проводил испытания ядерного оружия, хотя многие эксперты предполагают, что ядерный взрыв в южной части Индийского океана в 1979 году был таким испытанием. Во всяком случае, СССР в своей ближневосточной политике всегда исходил из того, что Израиль обладает ядерным потенциалом.

Да и в наши дни об этом говорят. К примеру, несколько дней назад премьер Турции Эрдоган утверждал, что Израиль имеет от 250 до 300 ядерных боеголовок, и возмущался тем, что никто не говорит про это и не хочет обсуждать. Ему бы обсудить эту тему со своим американским союзником президентом Обамой, может быть и мировой общественности достались бы крохи информации об израильском ядерном оружии. Пока же весь мир заинтригован иранской ядерной программой, военные цели которой вызывают сомнения, так как никто не представил соответствующих доказательств.

Ваш прогноз развития азербайджано-иранских отношений?
Отвечая на этот вопрос, сразу отмечу, что фактическое состояние отношений между этими странами на данный момент позволяет говорить о конфронтации Тегерана и Баку. Разумеется, что для Азербайджана самым важным вопросом в отношениях с Ираном остается позиция Тегерана по карабахскому конфликту. Так уж складывается, что почти все в политике Баку направлено на решение вопроса возвращения под свой контроль Нагорного Карабаха, а отношения с партнерами рассматриваются через «нагорно-карабахскую» призму, и Тегеран азербайджанского доверия не заслуживает.

К примеру, в ходе последнего визита министра обороны Абиева Иран отказался изменить свою позицию по Нагорному Карабаху, в ответ через несколько дней Азербайджан вскрыл иранскую шпионскую сеть, что привело к очередному дипломатическому скандалу с вызовом азербайджанского посла в МИД ИРИ и вручения ему ноты протеста. Не секрет, что любое принципиально новое решение Ирана по Нагорному Карабаху может быть санкционировано лишь высшим руководством Исламской Республики. Пока Иран свою позицию менять не собирается и тегеранской поддержки руководству Азербайджана ожидать нет оснований.

Иран видит, что в Баку конфликт с Арменией не считают «замороженным конфликтом». Азербайджан приобретает современные вооружения, чтобы иметь возможность, несмотря на мирные переговоры с Арменией, решить вопрос силовым путем. В этом году, на фоне появления реальной угрозы нанесения Израилем ударов по объектам в Иране, Азербайджан, игнорируя иранское соседство, оформил с Тель-Авивом крупнейшую в своей истории военно-техническую сделку беспрецедентной стоимостью в 1,6 млрд. долларов.

Сделав ставку на военно-технический союз с Израилем и пожертвовав ради этого нормальными отношениями с Ираном, Азербайджан, похоже, совершил стратегическую ошибку. До сих пор даже США не позволяли своему ВПК заключать столь крупные контракты по поставкам вооружения Азербайджану, опасаясь спровоцировать новую войну между Баку и Ереваном за обладание Нагорным Карабахом.

Нельзя забывать, что во главе Ирана находится высшее шиитское духовенство, не знающее деления на шиитов-персов и местных шиитов-азербайджанцев (тюрок). Да и военно-политическое руководство ИРИ, следуя принципу – «друг моего врага (Израиля) – мой враг», на фоне беспрецедентной перспективы создания Баку военного альянса с Тель-Авивом, все однозначнее относит соседний Азербайджан к числу своих региональных противников.

Возвращение отношений Баку с Тегераном на конфронтационный уровень сразу же нашло одобрение в Вашингтоне. В государственном департаменте США высоко оценили сотрудничество с правительством Азербайджана. После таких заявлений Белого дома у Ирана не остается сомнений в том, что Баку можно манипулировать из Вашингтона, отдавая указания по телефону. В свете этого Иран не исключает возможность предоставления Баку своей территории для США и Израиля. В случае развязывания Западом агрессии в Иране, данные обстоятельства дают Ирану право отвечать, уничтожая азербайджанские нефтегазовые объекты как вражеские. Такое развитие событий очень вероятно, учитывая тот факт, что отношения Тегерана с Баку неуклонно ухудшаются.