Парламентские выборы 2012: Pro et contra АНК

Карен Кочарян, Александр Искандарян:

Парламентские выборы 2012: Pro et contra АНК

PanARMENIAN.Net - В преддверии выборов в Национальное собрание Армении, которые состоятся 6 мая, PanARMENIAN.Net продолжает представлять своим читателям основных участников предвыборной гонки. Известные армянские эксперты - политтехнолог Карен Кочарян и директор Института Кавказа, политолог Александр Искандарян делятся своим мнением об избирательных списках и программах партий, а также их шансах на предстоящих выборах. На очереди оппозиционный Армянский национальный конгресс (АНК).
Как вы оцените избирательный список АНК?
К. Кочарян: Список АНК был ожидаем – это их лидеры на протяжении последних нескольких лет, в принципе, начиная с 2007-2008 годов, которые появлялись на митингах и в разных медиа и озвучивали свои позиции, и ничего неожиданного в этом списке нет. По-моему, у них у самих проблемы со своим списком, а у общественности проблем нет. Я думаю, что пока не все кристаллизовалось в АНК, потому что есть проблемы внутри. Если реально, там 2-3 партии, а остальные – это лидеры каких-то виртуальных партий, человеко-партии. Реальные партии – это АОД во главе с Левоном Тер-Петросяном, Народная партия Армении во главе со Степаном Демирчяном, и “Республика” во главе с Арамом Саркисяном.

В избирательный список из “Республики” вошел лишь Арам Саркисян, а других членов партии в нем нет. А это означает, что там есть разногласия, и серьезные. Это означает, что Арам Саркисян явно дает понять, что чисто из человеческих соображений, я имею в виду из порядочности, он не вышел из состава АНК до выборов, но явно выйдет после выборов. Я думаю, что он сложит с себя полномочия депутата, вернет мандат, и выйдет из АНК. Это конечно будет серьезная проблема для АНК. В том же плане, что и “Свободные демократы” для “Наследия”, так “Республика” – это серьезный организационный ресурс.

Причем есть проблема не только с “Республикой”, потому что там явно была проблема с Гагиком Джангиряном, который не стал начальником штаба, и было видно, что вынужденно эту роль на себя взял Левон Зурабян. Там есть какие-то внутренние проблемы, и это конечно аукнется после выборов.

А. Искандарян: Опять-таки список ожидаемый. АНК работает на том, что дает тех людей, которых знает электорат, их электорат. Надо ведь определить то, что мне кажется очень важным для избирательной кампании, – АНК на самом деле конкурирует с «Наследием», а, скажем, республиканцы конкурируют с «Процветающей Арменией». Реальной конкуренции между РПА и АНК, или ППА и «Наследия», или ППА и АНК, нет. Они работают разными инструментами, у тех в значительной степени включен административный ресурс, а у этих включен публичный ресурс. Как он используется - это другой разговор, но он включен и они работают на нем. Мне не кажется, что у АНК очень большие перспективы в провинции, и те перспективы, которые есть, они в Ереване. То есть разные инструментарии, разные структуры работы.

В АНК огромную роль играет личность первого президента Армении. То есть если не было бы Левона Тер-Петросяна, я бы давал им гораздо меньше шансов вообще подойти к 7%. АНК работает предсказуемо, работает на протестной риторике, как, кстати, и «Наследие», работает на свой привычный электорат.

Пока я наблюдаю некоторую пассивность в работе АНК, нет привычной агрессивности их стратегии. Может, сказывается то, что финансовые возможности АНК не так велики, как у РПА или «Процветающей Армении».

Ваше мнение о предвыборной программе АНК
К. Кочарян: Ну, у АНК программы как таковой нет, есть только одна программа – смена власти, единственная программа АНК. Что касается девиза “Ни одного голоса преступному режиму”, то любой девиз работает в определенный временной промежуток, и при наличии объективных и субъективных каких то факторов. Если бы этот девиз был в 2008 году, он, может быть, сработал так же, как “Победим”. Но когда ты вступаешь в диалог с тем же режимом, а потом этот диалог не получается и через 6 месяцев ты говоришь “Ни одного голоса этому режиму”, в этом случае я не могу понять, он сработает или нет. Во всяком случае, даже если он сработает, то намного слабее, чем если бы не было диалога с властями. 6 месяцев назад ты свой потенциальный электорат, который тогда не был электоратом, а был народом, ходившим на митинги, отправляешь домой, потому что ты хочешь идти на диалог с властью, и ты об этом говоришь, я не говорю, что они это делали тайно – они открыто шли на диалог, и открыто говорили: не надо сейчас проводить митинги, идите домой, когда надо будет, мы вас позовем.

А. Искандарян: Если “мы хотим изменить все” – идеология, то это партия идеологическая, хотя я бы и не стал называть это идеологией. Та часть риторики АНК, которая фактически говорит, что вся система подлежит замене, то есть президент нелегитимен, нужны досрочные выборы, парламент нынешний нелегитимен, должны пройти чистые выборы, чтобы он стал легитимен, конституция не очень легитимная, и так далее, эта часть традиционной для АНК риторики вступает на самом деле в противоречие с тем, что согласно этой конституции, на этих выборах, АНК все таки участвует. Хотя они и говорят, что это не так, это и есть противоречие и они пытаются его любыми способами избежать, и позиционируют себя следующим образом: мы хотим перемен, мы хотим, чтобы все было по-другому. Это опять не очень конкретно, то есть это не программа на самом деле. Они говорят – читайте наши документы, очень многостраничные, очень большие, и никто их читать естественно не будет никогда. Суть того, что говорит АНК – это нужны изменения системы вообще, нужно изменение всего. Я не очень склонен такого рода блоки считать идеологией, так как “против всего” - это на самом деле не идеология, но именно этом поле они работали и продолжают работать .

Каковы, по-вашему, шансы АНК на предстоящих парламентских выборах?
К. Кочарян: Я уже говорил, хоть это им это не понравилось, во всяком случае, они это выразили в прессе и в социальных сетях, что проблема АНК в том, что если они в 2008 году они хотели взять власть, то сейчас им предстоит очень серьезная борьба за лидерство в оппозиции. Они даже потеряли, по-моему, лидерство в оппозиции. И сейчас я думаю, что на данном этапе, я не говорю, что это догма, лидером в оппозиции является не АНК, а все-таки “Наследие”. И поэтому АНК, при помощи своих масс-медиа и определенных заявлений своих лидеров во время предвыборной кампании, больше критикует «Наследие», чем, нежели, допустим, ту же коалиционную партию «Процветающая Армения», которая прямо является властной партией. Они понимают, что теряют свои позиции в стане оппозиции. При этом я уверен, что свои 7 % они обязательно наберут.

А. Искандарян: АНК, конечно, пройдет в парламент. Мне кажется, что АНК способен собрать такое количество голосов, чтобы преодолеть 7% барьер и пройти в парламент. А вот дальше, устроит ли их то количество голосов, которое они получат, это для меня вопрос. И в этом смысле в случае с АНК мне интересно не 6 мая, а 7 или 8-ое. Понятно, что у лидеров этой партии есть какая-то красная черта в голове – если получится меньше этой красной черты, то есть “Х минус один депутат”, то они не согласятся войти в парламент, по модели выборов в Совет старейшин Еревана. Если выше этой красной черты, то тогда они согласятся войти в парламент и присутствовать в нем. Вот какова эта красная черта, какое число депутатов являются для них этой красной чертой - 15 или 20, я не знаю. Это мы увидим 7-ого мая.

Айк Халатян / PanARMENIAN News